Феликс Ефимов

Во мне уже осатаненностъ

Анекдотом кончается их прогрессизм... Евгений Евтушенко
С трибуны выступаю ли рискованно и девочкам, в дубленочки закованным, втолковываю сущность бытия или нетленку за столом работаю, охваченный вселенскими заботами, их вечный раб и грозный судия, — всегда печаль тревожит душу грешную. Послушайте меня, какого лешего мы равнодушны, а не бьемся бешено с транжирами родного языка? Осатаненность возникает сразу же. Вот «поэтесса» — слово несуразное. Хорошее оно? Скорее разное. Мы помним, кто втирался в буржуазное ушко эсера и меньшевика. Есть в «поэтессе» — слышите! — от прессинга, от регрессизма, стресса, Вольфа Мессинга. Оставим их! Но где, скажите, лексика, чтобы идти в технический прогресс?.. Я знал поэта не из тех, что липовы. Она лишь отчеканит: — Парни, шли бы вы! — И все мы шли кто по дрова, кто в лес. Я горло драл... медведицам безнравственности, рвал пасть бумажным тиграм мелкотравчатости, рубил сплеча, как докер в домино, клеймил рецидивизэмы лжеписательства, страдал от шапкословозакидательства. И я услышал пригласизм в кино.
Источник:
Ефимов Ф. Е. Курица или яйцо?: Литературные пародии, иронические стихи. — М.: Советский писатель, 1990.— 128 с.