Феликс Ефимов

Из цикла «В лесу родилась елочка»

Вуаля!

Куртуазный маньерист

С младенческих лет в ариозо метели
вам грезился хор аонид и камен.
Лесбийские песни вы с детства запели.
Ах, Ель! Ах, Елена! Как можно, Элен?

Лукуллов пир плоти, Боккаччо воспетый,
декабрьской клубничкой привлек лишь, увы,
блудливых адептов промискуитета.
Нудистов затмили: волк, заяц... и вы.

Как фаллос врывается в грот вожделенный,
препоны колен и колгот одолев,
так въехал к дриадам пейзанин презренный,
явив буцефала собранью дерев.

Едва визитер заиграл топорищем,
едва зацепил ваш задумчивый торс,
вы пали на дровни... Чеснок с табачищем
исторгли из вас исступленное «СОС».

Так мстит грозный фатум питомцам измены.
Но он же прорвет безысходности плен.
Пускай страстотерпца-аэда катрены
затеплят свечу состраданья в Элен.

И та, чье призванье — лесная гетера,
хитон изумрудный низвергнув с телес,
мне вверит две шишечки, слаще эклера,
и стан, уносящий в нирвану небес.

Не мучьте несчастного чувством мятежным.
Доверьтесь! И я, где-то фавн и силен,
вам стану слугою и другом сердешным...
А некто за лепту предаст вас, Элен.

Запляшут вкруг алчущей нежности пери,
священного голода не утоля,
сопливые дети, картонные звери
и старый пэрдюн дед Мороз. Вуаля!
Источник:
«Вопросы литературы», 1993