Анатолий Яни

Почему все любят Вийона?

Что слышал ты о Франсуа Вийоне?.. Он — сутенёр, обманщик, вор в законе... Ещё не всё! Он заколол монаха И виселицы ждал, дрожа от страха... Ещё он сочинял стишки срамные... И всё же мир толкует о Вийоне — Не о тебе, не о твоей персоне, Заботившийся о хорошем тоне... Олег Дмитриев
Я — Дмитриев Олег, поэт в законе. Я — член СП. Я МГУ закончил. Бывать не приходилось мне на зоне. Вийону Франсуа я не чета. И всё же о французе, о Вийоне толкует мир — не о моей персоне. В чём дело? Не пойму я ни черта. Рождает же земля таких вийонов! Он — почитатель дерзких моветонов, Он — завсегдатай тюрем и притонов, а я мероприятья в ЦДЛ по планам календарным посещаю, коллег, мне нужных, водкой угощаю. Иначе не добьюсь, чего хотел. Прилежен я, не пьяница, не жулик. А кто Вийон? Без палочки лишь нулик. Деньки его давным-давно минули, столетия прошли, как череда. Пускай не обучался я в Сорбонне, толкуйте обо мне — не о Вийоне: трудом чужим не жил я никогда. Ещё не всё!.. Я выбрит аккуратно. Конечно же, умыт, одет опрятно. И кто из нас — не очень-то понятно — был членом комсомола: он иль я? Повсюду я блистал хорошим тоном. Так отчего ж не мною, а Вийоном Прельщался бурно Эренбург Илья? Долги я отдаю. И пунктуален. Обычно весел, изредка печален. Однако ж, как Вийон, не криминален. Нашли в нём что, никак я не пойму. Меня он разве лучше? Не согласен. Бродяга Франсуа весьма опасен. Но почему все тянутся к нему? Священника убил он в потасовке. Не знают даже истинной концовки его бандитской жизни зарисовки. К повешению был приговорён. Далёк я от таких поэтов жутких, писавших о бродягах, проститутках. О чём писал бы в наши дни Вийон? О чём? Над этим размышлял я долго. Различий между ним и мною сколько? Немного пью по праздникам я только. Не вор. И в брюках мятых не хожу, чего, увы, не скажешь о Вийоне. Он стих строчил на воровском жаргоне, а я на языке Москвы пишу.