Виктор Завадский

Обидно...

...Ты глядела с испугом из-под нахмуренных бровей. Но ты, кого я вовсе без любви в свой дом заклятый к ночи заманила, я там лила не слезы, но чернила... ...Миленький дружочек крадется, словно тать, в утра мои и ночи. Татьяна Глушкова
Из-под своих нахохленных бровей ты на меня глядел с таким испугом, узнав, что лишь по прихоти своей хочу я стать твоим интимным другом. Когда тебя к себе я без любви и уваженья на ночь заманила, ты, силы все моральные свои собрав, хотел бежать, но — поздно было! А впрочем, совесть у меня чиста: оправдывает, если разобраться, меня святая бабья простота, с которою раскрыла я объятья. Хотя и добровольно уступил ты мне, моим слезам, точней — чернилам, но «караул!» ты все же завопил и показался мне таким унылым, что я другого стала вспоминать — лихого, не в пример тебе, дружочка, который по ночам ко мне, как тать, влезал в окно, хотя был толст, как бочка! А заманить тебя меня нужда заставила: я поняла — ты грезишь не обо мне и, значит, никогда в окошко и под кофточку не влезешь!
Источник:
Завадский В.В. Смех, да не только: Стихи. Литературные пародии. – М.: Советский писатель, 1991. – 176 с.