Виктор Завадский

Перерожденец

О этот гнев пристроенных и сытых! Был разговор и короток и сух. Мол, Мишка портит лучших местных сук. Теперь живет он в собственном домишке. Я говорю ему: «Послушай, Мишка!» Но Мишка вдруг вскочил и рявкнул злобно... Ах, черт! Какой в нем человек зачах! Римма Казакова
Нас было двое рыжих, беспородных, всегда голодных, но зато свободных, пес Мишка и его подружка, я (все думали, что мы одна семья!). Плебеи, на судьбу мы не пеняли, парней и кошек по кустам гоняли, чего простить никак нам не могли мещане и цепные кобели. И прорвалась их классовая сущность, сказать грубей — кобельность их и сучность: они распространили мерзкий слух, что Мишка портит лучших местных сук, хотя, свидетель я, он их не портил, а исправлял. Да, но поди поспорь ты со злобной сворой классовых врагов! Итог упорной травли был таков: судом неправым Мишку осудили, на цепь и службу посадили и за меня взялись: пустили слух, что порчу я парней. Толпа старух и молодух за мной гонялась долго с лассо и сетью. Ясно, что без толка. Напали не на ту! И в ту же ночь я к Мишке в конуру — бежать помочь — проникла. — Мишка, где твоя улыбка? — спросила я, целуя друга в нос. — Плюнь! Самая нелепая ошибка... — Поди ты прочь! — вдруг прорычал мой пес. — Я это, Миша, я! Да что с тобою? Ты не узнал? — Узнал. Обязан чем? Меня, не фамильярничай со мною, Зовут Михайлом Бобиковичем! Да, вышел в люди! Занимаю должность! Доволен, сыт. Уверенность. Надежность. Тебе на зависть, вижу, жизнь моя! — Перерожденец! — заорала я и в бешенстве (взялась откуда сила!) перерожденца в морду укусила. ...Назавтра хоронили Мишкин прах. А ведь какой в нем человек зачах!
Источник:
Завадский В.В. Смех, да не только: Стихи. Литературные пародии. – М.: Советский писатель, 1991. – 176 с.